Пластинка
Кратко
- Исполнитель
- The Pretty Things
- Выпущен
- 1967
- Альбом
- Третий студийный альбом
- Оригинальные треки
- Двенадцать
- Британский лейбл
- Fontana TL / STL 5425
- Продюсер
- Стив Роуленд
Почему он важен
Навязанная поп-оболочка не может скрыть группу, изобретающую свой следующий язык
Emotions ценен именно потому, что его напряжения слышны. Fontana хотела получить более коммерческий продукт, продюсер Стив Роуленд пригласил аранжировщика Рега Тилсли, а группа воспринимала многие оркестровые добавления как вмешательство в уже записанную музыку.
Результат скомпрометирован не полностью. Медные способны заострить Death of a Socialite, струнные — раскрыть мелодические амбиции The Sun, а контраст грубого голоса с отполированной аранжировкой создаёт эмоциональное трение, недоступное ранним альбомам.
Пластинка также охватывает перестройку состава. Брайан Пендлтон и Джон Стэкс начали сессии, но ушли; во время завершения альбома к Филу Мэю, Дику Тейлору и Скипу Алану присоединились Уолли Уоллер и Джон Пови.
Точное распределение треков между Пендлтоном и Стэксом остаётся неясным. Надёжная страница называет их участие, не выдумывая сессионную схему, которую сохранившиеся документы не позволяют обосновать.
Авторство распределено шире, чем предполагает простая формула Мэй — Тейлор. Иэн Стирлинг указан в трёх авторских кредитах; Уоллер соавтор нескольких пьес, включая The Sun и Bright Lights of the City.
Двенадцать треков отходят от прямой переработки блюза. Death of a Socialite, Photographer и Growing in My Mind наблюдают современную идентичность, тогда как The Sun, Tripping и My Time открывают более внутренние или психоделические пространства.
Emotions завершил обязательства группы перед Fontana. Переход на EMI и сотрудничество с Норманом Смитом позволят S.F. Sorrow превратить здешние экспериментальные намёки в полностью управляемый проект.
Поэтому альбом важен и как произведение, и как свидетельство. Его неровность документирует, как группа, лейбл, продюсер и аранжировщик тянут одни записи к разным будущим.
Лондон, 1966–67
Обязательства перед Fontana при смене двух участников
Синглы The Pretty Things 1966 года продавались слабее ранних хитов. Fontana поручила Стиву Роуленду, уже связанному с коммерческим поп-продакшеном, направлять группу.
Progress, выпущенная в декабре 1966 года, соединила группу с заметными медными, но хитом не стала. Она относится к непосредственному периоду альбома, не входя в оригинальный LP.
Сессии начались в конце 1966 года в лондонской Philips Studios и продолжились на фоне крупных перемен состава. Ритм-гитарист Брайан Пендлтон ушёл около Рождества, за ним последовал басист Джон Стэкс.
Фил Мэй пригласил Уолли Уоллера, который взял на себя бас и привёл в группу Джона Пови. Пови добавил клавишные и вокал; Уоллер — гитару, бас и развитый гармонический голос.
Роуленд привлёк Рега Тилсли для аранжировки и дирижирования медными, струнными и арфой на значительной части альбома. Некоторые партии накладывались, а на отдельных сессиях группа и ансамбль работали вместе.
Fontana выпустила Emotions в Великобритании в 1967 году под номером TL 5425 в моно и STL 5425 в стерео. LP содержит двенадцать треков, по шесть на каждой стороне.
Children стала синглом в мае 1967 года и яснее демонстрирует новое гармоническое измерение Уоллера и Пови.
После релиза группа покинула Fontana и подписала контракт с лейблом Columbia компании EMI. Следующий студийный альбом, S.F. Sorrow, создавался с большей творческой свободой.
Меняющийся состав
Старый и новый составы пересекаются без надёжной карты треков
Голос Мэя остаётся достаточно резким, чтобы противостоять полному оркестровому сглаживанию. Это сопротивление принципиально: изящные поверхности вновь и вновь встречаются с певцом, подозрительно относящимся к изяществу.
Тейлор переходит от ритм-н-блюзовой соло-гитары к лаконичным психоделическим краскам. Его партии должны прорезать медные и струнные, не вступая с ними в постоянную борьбу за частоты и внимание.
Алан остаётся стабильным ритмическим участником во время кадровых перемен. Барабаны сохраняют узнаваемость LP как записи группы, даже когда оркестровые наложения выходят на передний план.
Приход Уоллера расширяет и движение баса, и гармонию. Его соавторские песни вводят мелодические повороты, указывающие за пределы прежней блюзовой основы группы.
Клавишные и высокий вокал Пови появляются выборочно. Альбом ещё не использует их так полно, как S.F. Sorrow, благодаря чему становление их роли исторически слышимо.
Пендлтон и Стэкс относятся к участникам альбома, но ответственно приписать им точный список выпущенных треков невозможно. Неопределённость обозначена осторожными границами, а не языком публичного исследования.
Продакшен Роуленда стремится к ясности и коммерческой форме. Аранжировки Тилсли добавляют второй авторский слой, способный поддерживать мелодию или сопротивляться предпочитаемой группой мощи.
Среди сессионных музыкантов — исполнители на медных, виолончели, контрабасе и арфе. Документированные роли объясняют фактуру, не превращая их в постоянных участников группы.
Оркестрованный переход
Вес ритм-н-блюза под медными, струнными, арфой и новой гармонией
Death of a Socialite использует медные, превращая социальное наблюдение в резкое публичное шествие. Аранжировка усиливает сатиру, а не просто подслащивает её.
Children вводит новые гармонические возможности. Уоллер и Пови помогают расширить припев, наделяя тему поколения коллективным голосом.
The Sun — один из самых явных мелодических отходов альбома от сырого ритм-н-блюза. Струнные и вокальная линия создают тепло, хотя внутреннее напряжение группы предотвращает сентиментальность.
There Will Never Be Another Day соединяет окончательность с движением вперёд. Позднейший ремикс без украшений показывает, насколько сильно оркестровка меняет её эмоциональный вес.
House of Ten использует замкнутое пространство как компактную поп-сцену. Аранжировка делает дом спроектированным, тогда как подача Мэя сохраняет тревогу его обитателей.
Out in the Night позволяет темноте вернуть группе более жёсткий контур. Гармония и оркестровые краски остаются, но тема восстанавливает тайну и движение.
One Long Glance открывает вторую сторону восприятием, растянутым в память. Название отражает привычку альбома превращать отдельные мгновения в аранжированные эмоциональные сцены.
Growing in My Mind — самый сильный прямой признак психоделического перехода. Повтор и обращённый внутрь текст смещают внимание с внешнего конфликта на меняющееся сознание.
Photographer с рубленой точностью исследует опосредованную идентичность. Оркестровая деталь подходит песне о кадрировании внешности, даже когда группа ставит изображение под сомнение.
Bright Lights of the City придаёт городскому притяжению отполированную поверхность. Песенное письмо Уоллера и Мэя позволяет гармонии сиять, пока ритм-секция намекает на беспокойное движение внизу.
Tripping прямо выражает изменённое движение. Более острые грани группы и краски аранжировки встречаются, а не гасят друг друга.
My Time завершает альбом возвращением права владеть собственным временем. Голоса и инструменты расширяют заявление, придавая финалу периода Fontana ощущение ухода даже без формального прощального текста.
Путеводитель по трекам
Двенадцать меняющихся эмоциональных комнат
Death of a Socialite
Стирлинг, Мэй и Тейлор открывают альбом публичным персонажем под судом. Медные устраивают светской персоне церемониальный уход, а вокал Мэя превращает шествие в насмешку, а не выражение почтения. Альбом сразу заявляет, что оркестровка способна нести сатиру.
Children
Уоллер присоединяется к Мэю и Тейлору в песне о поколении, чьи гармонии демонстрируют изменившийся состав. Несколько голосов делают детей общественным присутствием, а не воспоминанием одного рассказчика. Аранжировка светлее, но группа сохраняет ритмическую настойчивость.
The Sun
Мэй и Уоллер пишут в направлении мелодии и света. Струнные увеличивают образ, не стирая слегка напряжённого эмоционального тона, поэтому тепло кажется искомым, а не гарантированным. Песня — ранний признак гармонических амбиций, принесённых Уоллером.
There Will Never Be Another Day
Тейлор, Мэй и Уоллер превращают окончательность в компактное движение вперёд. Название закрывает дверь, пока исполнение продолжает двигаться, создавая напряжение между заявлением и ритмом. Поздние очищенные миксы показывают, что оркестровый слой — одна историческая версия этого напряжения.
House of Ten
Дом с номером становится маленьким социальным театром. Поп-структура и аранжированные детали возводят аккуратные стены вокруг менее спокойного голоса Мэя. Сжатость песни заставляет воспринимать домашний порядок как нечто наблюдаемое снаружи.
Out in the Night
Стирлинг и Тейлор завершают первую сторону темнотой, движением и более неуловимой вокальной атмосферой. Грубая индивидуальность группы возвращается через гитару и пульс, а гармония не позволяет просто отступить к ритм-н-блюзу 1965 года.
One Long Glance
Вторая сторона начинается с восприятия, продлённого за пределы мгновения. Мелодия и аранжировка превращают взгляд в память, предполагая, что один взгляд способен перестроить отношения. Уравновешенная форма готовит более явную психическую перемену следующей песни.
Growing in My Mind
Мэй и Тейлор помещают развитие внутрь сознания. Повтор, необычное гармоническое движение и вокальное давление делают растущее явление привлекательным и угрожающим. Трек прямо указывает на психологический студийный мир, которым группа вскоре будет управлять на EMI.
Photographer
Стирлинг, Мэй и Тейлор исследуют человека, который отбирает и фиксирует внешность. Короткие фразы и расставленные аранжировкой акценты имитируют кадрирование, а подача Мэя не доверяет кажущейся объективности изображения. Песня превращает современные медиа в портрет персонажа.
Bright Lights of the City
Мэй и Уоллер придают городскому притяжению сияющую гармоническую поверхность. Бас и барабаны держат огни в движении, а не превращают город в неподвижную открытку. Восторг и перевозбуждение остаются рядом.
Tripping
Мэй и Тейлор делают неустойчивое движение темой и организующим принципом. Более резкая атака группы прорезает декоративные краски, соединяя раннюю энергию фрикбита с возникающей психоделией. Изменение чувствуется в ритме прежде, чем становится доктриной.
My Time
Тейлор, Мэй и Уоллер завершают LP контрактной эпохи заявлением права на личное время. Многослойные голоса увеличивают масштаб, но Мэй не даёт ему прозвучать самодовольно. Как последний оригинальный трек, он становится непреднамеренной декларацией творческого ухода.
Двенадцать эмоций
Время, город, память и неустойчивая внутренняя жизнь
Название Emotions описывает разнообразие, а не непрерывную историю. Каждый трек изолирует социальное, временное или перцептивное состояние и помещает его в отдельную аранжированную рамку.
Время возвращается в There Will Never Be Another Day, One Long Glance и My Time. Окончательность, память и владение образуют три разные временные позиции.
Публичная идентичность движет Death of a Socialite и Photographer. Одна фиксирует падение классовой фигуры; другая ставит под вопрос человека, управляющего изображениями.
Children и House of Ten рассматривают социальные единицы разного масштаба. Первая расширяется до поколения; вторая сжимается до одного адреса.
The Sun и Out in the Night образуют очевидную пару света и тьмы, не становясь повествовательными противоположностями. Одна ищет тепло; другая приглашает двигаться сквозь неопределённость.
Growing in My Mind и Tripping помещают перемену внутрь восприятия. Это ранние психоделические темы, созданные до полной трансформации группы в эпоху Sorrow.
Bright Lights of the City делает современную городскую жизнь одновременно привлекательной и беспокойной. Её лоск тематически уместен, даже если группа сопротивлялась навязанному методу продакшена.
Центральное напряжение альбома — автономия. My Time называет её прямо, а история продакшена заставляет заявление звучать за пределами текста.
Fontana TL / STL 5425
Моно- и стереофинал первого контракта с Fontana
Fontana выпустила в Великобритании моноиздание TL 5425 и стереоиздание STL 5425. Оба содержат двенадцать треков, разделённых по шесть на сторону.
Название и портретная подача обрамляют альбом как каталог чувств, хотя реальный конфликт музыки включает противостояние группы и аранжировки не меньше, чем романтику. Изначальный разрыв сторон после Out in the Night отделяет внешние социальные сцены от второй стороны, всё больше занятой взглядом, сознанием, изображением и временем.
Поздние издания добавляют синглы и альтернативные миксы. Их упаковка часто раскрывает архивный конфликт, которого не объясняла оригинальная обложка Fontana.
Это последний студийный LP Pretty Things на Fontana. Поэтому каталожные номера обозначают и издание, и окончание первого периода группы на лейбле.
1967
1967: коммерчески застрявший между двумя индивидуальностями
Fontana выпустила Emotions в Великобритании в 1967 году после декабрьского сингла 1966 года Progress и примерно одновременно с майским релизом Children 1967 года. Альбом не восстановил коммерческий импульс ранних синглов группы и дебютного LP.
Группе не нравилось навязанное оркестровое направление, и она почти не продвигала пластинку. Эта реакция — часть её истории, но её не следует превращать в утверждение, будто каждая аранжировка неудачна.
Современный контекст затруднял место LP: он был наряднее ритм-н-блюзовой индивидуальности группы, но менее полностью психоделическим, чем её сценическое звучание и предстоящая работа для EMI. Ретроспективная критика всё больше ценит песни и оригинальность переходного периода, особенно когда поздние ремиксы позволяют сравнить их с сокращённой оркестровкой.
После окончания контракта с Fontana большая творческая свобода превратила то же недовольство в методы S.F. Sorrow.
Третий альбом
Неловкий альбом, в котором скрыт путь к Sorrow
Emotions — самый ясный документ внешнего продюсерского давления в каталоге, но его наследие не следует сводить к положению жертвы. Некоторые аранжировки раскрывают мелодические достоинства, которые ранние пластинки не могли показать.
Приход Уоллера и Пови исторически решающий, хотя их полная гармоническая и инструментальная индивидуальность проявляется здесь лишь постепенно. Growing in My Mind сохраняется как прямой мост от фрикбита к психоделическому самоисследованию. The Sun и Bright Lights of the City показывают немедленную ценность Уоллера как соавтора, способного расширить мелодический диапазон Мэя. Неукрашенные ремиксы четырёх альбомных песен позволяют сравнить группу с оркестровкой, но это поздние реконструкции, а не замены мастеров 1967 года.
Пендлтон и Стэкс заслуживают включения в состав альбома, несмотря на неопределённое распределение по трекам. Пластинка запечатлела и уход, и приход.
Progress и A House in the Country принадлежат к окружающей истории синглов. Их добавление на CD создаёт более полный финал периода Fontana, не меняя LP.
Долговременная ценность пластинки заключается в слышимом противоречии: жёсткий блюзовый рефлекс, коммерческий поп-дизайн, оркестровые краски и возникающая психоделия сосуществуют прежде, чем группа выбирает между ними.
Оригинальная программа
Двенадцать оригиналов перед синглами и неукрашенными ремиксами
Оригинальный альбом содержит двенадцать треков и заканчивается My Time. Моно TL 5425 и стерео STL 5425 — обе оригинальные британские конфигурации. A House in the Country и Progress — синглы эпохи, а не треки LP. Поздние альтернативные версии Photographer, There Will Never Be Another Day, My Time, The Sun и Progress — архивные ремиксы.
Брайан Пендлтон и Джон Стэкс участвовали в период сессий, но точное распределение выпущенных треков остаётся неподтверждённым. Уолли Уоллер и Джон Пови присоединились во время создания альбома. Рег Тилсли аранжировал оркестр и дирижировал им; участником Pretty Things он не был. Продолжительность расширенных цифровых изданий не следует путать с оригинальным LP длительностью около тридцати двух минут.
Маршрут прослушивания
Слушайте группу и аранжировку как два взаимодействующих слоя
- Сначала услышьте медные Death of a Socialite как сатиру, затем сравните их с действительно ориентированными на группу гармониями Children.
- Проследите The Sun, There Will Never Be Another Day и House of Ten как три разные формы мелодического сдерживания.
- Используйте Out in the Night как оригинальный финал первой стороны и начните заново перед One Long Glance.
- Слушайте Growing in My Mind, Photographer и Bright Lights of the City как сознание, образ и среду, а не абстрактную психоделию.
- Позвольте Tripping перейти в My Time, где изменённое движение становится заявлением автономии.
- Остановитесь после My Time, затем сравните выбранные очищенные ремиксы с альбомными версиями.
- Проиграйте Progress и A House in the Country отдельно как контекст контрактного периода, не вставляя их ни в одну сторону LP.
Исследовательский маршрут
Источники и дополнительное чтение
- Альбом Emotions, кредиты и рецензия — AllMusic
- Оригинальная стереопрограмма Fontana — архивная запись 45cat
- Расширенная цифровая программа Emotions — Apple Music
- Каталог The Pretty Things и история составов — AllMusic
- Полный исторический обзор студийных альбомов — Uncut
- Институциональная дискография группы — MusicBrainz